?

Log in

Previous 10

Oct. 2nd, 2015

удовольствие, радость, утро, кофе

Из книги Ольги Ивинской "Годы с Борисом Пастернаком: В плену времени." :)

Уже после смерти Бориса Леонидовича писатель Александр Раскин рассказал, что ограбили одну из переделкинских дач по соседству с Пастернаками, и обеспокоенные домашние потребовали, чтобы Б.Л. предпринял какие-то защитные меры.

Он взял конверт и крупно написал: "Ворам". В конверт положил деньги и записку:

Уважаемые воры!

В этот конверт я положил 600 рублей. Это все, что у меня сейчас есть. Не трудитесь искать деньги. В доме ничего больше нет. Берите и уходите. Так и вам, и нам будет спокойнее. Деньги можете не пересчитывать.

Борис Пастернак

О дальнейших событиях — словами А.Раскина.

"Конверт был положен на подзеркальник в передней. Шли дни. Воры не приходили. И потихоньку жена Бориса Леонидовича стала брать деньги на хозяйство из этого конверта. Так сказать, заимообразно. Возьмет и положит обратно. Возьмет и ... Но тут Борис Леонидович надумал проверить конверт и обнаружил недостачу. Он вышел из себя.

— Как, — кричал он, — вы берете деньги моих воров!? Вы грабите моих воров? А что если они сегодня придут? В каком я буду положении перед ними? Что я скажу моим ворам? Что их обокрали?

В общем, перепуганная семья быстро собрала недостающую сумму, и шестьсот рублей (старыми деньгами) еще долго пролежали в конверте, так и не дождавшись "уважаемых воров".

Sep. 23rd, 2015

осень

Маленькие внезапные радости.

  Сегодня утром зашла я в вагон метро, и за мной целая толпа детей лет семи-восьми, наверное. Видимо, ехали на экскурсию в центр. Признаюсь, ещё подумала: вот, блин, будут галдеть, толкаться, мешать мне предаваться грустным мыслям о своей жизни :) Неожиданно всё получилось совсем по-другому.
  Напротив меня и парочки детей села пара симпатичных молодых людей, сначала они оба радостно улыбались, глядя на детей . Потом молодой человек достал откуда-то платок, спрятал его сначала в кулак, откуда, ясное дело, он благополучно исчез после нескольких манипуляций и обнаружился чуть ли не в ухе у его спутницы. (Юный скептик рядом бубнил: "Это всё иллюзия", но смотрел заинтересованно. Потом волшебник показал несколько фокусов с угадыванием загаданного детьми смайлика, спрятанного в специальной коробочке. Сказал: "А теперь вы покажите, что умеете". Юный скептик сказал, что ничего, только уроки :]]]. Но другой мальчик всё-таки показал нехитрый фокус с открученным а затем приставленным на место пальцем.
К этому времени в наш угол подтянулась остальная детвора. Начались затеи и фокусы с шариками.

IMAG4341

IMAG4343

Где-то в середине представления девушка(коллега) вышла из вагона, напоследок подколола парня "Дети просили ещё! Ещё!" ( кто не помнит, это фразочка из мультика про Бонифация.
IMAG4344

Потом был фокус со сниманием завязанного шарфа с шеи (одолжившая его мамаша попросила не разделять его на две половинки, как шарик)

IMAG4350

IMAG4346
  И под конец селфи с детьми.
IMAG4351

В общем, предаваться грустным мыслям мне (уверена, что и остальным зрителям разных возрастов) уже как-то перехотелось :)
Фотки сделаны с разрешения артиста.

Apr. 16th, 2015

фэнтези, единорог, Париж

Вышивка из Байе.

Из Митькиной книжки про рыцарей.

baie
  Вышивка (гобелен, ковёр) из Байе - это огромное, длиной около 70 м и шириной 70 см льняное полотнище, расшитое шерстяными нитками восьми цветов. Изображения, вышитые на ковре, рассказывают историю нормандского завоевания Англии.Байе - город на севере Франции, где сейчас хранится эта вышивка. Она дошло до нас вопреки всем превратностям судьбы (самое раннее письменное свидетельство о ковре содержится в описи имущества кафедрального собора Байе, датированной 1476 годом! ) и сегодня является подлинной энциклопедией жизни средневековья.
Это и не удивительно, ведь на вышивке из Байе изображено 626 человеческих фигур, 202 лошади, 55 собак, 505 разных других животных, 49 деревьев, 37 домов и 41 корабль.

baie2
Благодаря Байеской вышивке известно, например, что значительную часть воинов Вильгельма Завоевателя составляли всадники в кольчугах и шлемах с наносниками, причём, скорее всего, шлемы раскрашивались для защиты от ржавчины.
   Другой разновидностью доспехов, изображённых на вышивке, была простёганная броня, которая представляла собой самый настоящий халат-ватник (хихи - прям в халатах воевали :)), у некоторых воинов ещё и расшитый треугольниками из ткани.
Bayeux5
Некоторые всадники изображены соскакивающими с сёдел, чтобы участвовать  в рукопашном бою, в то время как воины на кайме полотнища уже снимают кольчуги с убитых.
Baye4
   Воинов с луками в руках на полотне 29, но из них только 6 изображены на основном поле, а все остальные на кайме, что совершенно явно указывает на их более низкий статус по сравнению со всадниками.
   И ещё много всего навышивали на полотне: даже про комету Галея!
Bayeu6

Mar. 19th, 2015

цветы

Просто Ремарк. Просто цитаты из "Трёх товарищей".

Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скучно. А другой остается ни с чем. Застынет и чего-то ждет… Ждет, как безумный…



— Просто так. Потому что темнеет. Порядочный человек всегда становится меланхоличным, когда наступает вечер. Других особых причин не требуется. Просто так… вообще…
— Но только если он один, — сказал я.
— Конечно. Час теней. Час одиночества. Час, когда коньяк кажется особенно вкусным.



Человек слишком мало лежит. Он вечно стоит или сидит Это вредно для нормального биологического самочувствия. Только когда лежишь, полностью примиряешься с самим собой.



...важное, значительное не может успокоить нас… Утешает всегда мелочь, пустяк…



— Еще ничто не потеряно, — повторил я. — Человека теряешь только когда он умирает.



...до чего же страшно любить женщину и быть бедным.



— Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, — поучительно заметил Ленц. — Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.



   Только несчастный знает, что такое счастье. Счастливец ощущает радость жизни не более, чем манекен: он только демонстрирует эту радость, но она ему не дана. Свет не светит, когда светло. Он светит во тьме.



Я не умею утешаться мечтами, когда я одна. Я тогда просто одна, и всё тут. Одиночество легче, когда не любишь.

Jan. 19th, 2015

космос, звезда, Вселенная

Из книги "Русачки" Франсуа Каванны, основателя еженедельника "Шарли Эбдо".


  В годы оккупации Франции Каванна был угнан на работу в Берлин, на военный завод. Книга про войну, про жизнь и изнурительный труд в тяжелейших условиях, про русских, французов, немцев...про счастье, про молодость, про любовь, про потерю...

*Но, черт побери, как только она затянула, двенадцать, двадцать девчат пустились петь в полный голос! Что это вдруг на меня свалилось? Как же это красиво! Я и не знал, что такая красота может существовать! Это как когда мой папа поет хором с другими итальяшками по воскресеньям в забегаловке «Маленький Каванна» на улице Святой Анны, но тут красиво, так красиво, что дух захватывает. Глаза вдруг загорелись, порозовели бледные щеки, обвязанные белым ситцем, голоса обильные, величавые, одержимые, страстно стремящиеся к совершенству, вдохновенно перемежающие четыре, пять, шесть спонтанных многоголосий, они сожительствуют, переплетаются, противопоставляются, бегут друг от друга, друг другом укрепляются и оглушаются или, вдруг, неожиданно разражаются, превращая эту пародию простовато-плаксивой избитой мелодии в божественную гармонию…
Мария, как в трансе, пускается в дикое соло. Голос ее исполнен богатства и силы, которые хватают меня за живот. Остальные ей подпевают, приглушенно, потом запевает другая, неистово, звериным кликом, тогда Мария стушевывается, а потом все хором, вся стая, массой, ликует, я задыхаюсь от счастья, поджилки мои трясутся, пушечные удары прессов обрушиваются точно вовремя, как бы для этого созданные, точно на место, Сорок шестой поет, как златоглавый собор, как ветер в степи, как… Попробуй-ка сам объясни такое, не впадая в слезливость!*


 *А потом, я ведь в облаках витаю. Мария здесь, со мной рядом. Роем мы вместе, хохочем, она пускается со мной наперегонки, хочет доказать мне, что украинская дивчина стоит четырех франко-итальянских самцов-южан, я даю ей фору, она выкладывается вовсю, высунула язык, щеки ее раскраснелись, локоны выбились из-под платка, я счастлив, счастлив, аж выть хочется. И я вою. Кричу: «Я-ху-у!», — подпрыгиваю, хватаю Марию в свои объятия, сжимаю ее аж до хруста, — небо серое, ветер ледяной, Боже мой, бывают же моменты в жизни, такие, как этот!
Она морщит нос, влепляет мне оплеуху: «Chto ty, tchort vozmi!», — а потом смеется что есть силы, а потом я начинаю копать вовсю, догоняю ее, она видит, что я ее обогнал, тогда она шлепает меня по спине лопатой, дает нагоняй: «Oi ty, zaraza!», — я спасаюсь, дубасит-то она больно, я ее обезоруживаю, мы едва переводим дыхание, глядим друг на друга, смеемся друг другу в лицо.*

*Открываю со стеснением, со стыдом, что отдал бы все на свете, чтобы быть с Марией, что, если завтра надо будет поехать и жить в сибирском концлагере, только бы с ней, — помчусь туда с радостью, оставлю все, что даже папу, даже папу в слезах я готов бросить, но обрести Марию. Ничего не поделаешь!
В течение всех этих лет мне часто казалось, что мне было страшно. А теперь, знаю, — мне не было страшно, даже когда смерть была почти явной и у всех съезжала крыша. Страх, — теперь-то я это знаю, — узнал я только тогда, когда потерял Марию, и с тех пор он меня больше не покидает. Это что-то мерзкое, что будит меня по двадцать раз в ночь, — и я реву, что заставляет меня избегать компании других, потому что мне не хочется говорить ни о чем другом, а об этом с ними я говорить не намерен.
Не знал, что я из тех, кто живет и загибается от любви. Не знал самого себя. Хотел быть, как другие, менее буйным, менее цельным, менее склонным к крайностям. Мои удовольствия, мои надежды были бы менее неистовыми, но были бы менее опустошительными и мои отчаяния, менее подавляющими были бы мои приливы горя. Хотел бы я иметь мужество застрелиться. Это только слова, конечно. Я прекрасно знаю, что этого я не сделаю. Это просто, чтобы себя разжалобить к себе, сыграть перед самим собой кино своей собственной мелодрамы… Даже несчастными до издыхания нам почему-то надо играть перед самими собой комедию несчастья.*

Dec. 31st, 2014

холод, зима, снег

С наступающим 2015!

Всем исполнения желаний, приятных сюрпризов, чтобы работа приносила моральное и материальное удовлетворение, праздники - радость и хорошие подарки, и поскольку здешние друзья у меня сплошь люди творческие - вдохновения и признания! :))
IMAG2174
Фотка сделана в лесу, который практически прямо под окном - по-моему, вполне новогодняя :).

Dec. 13th, 2014

кот, женщина, кошка, мужчина, любовь

(no subject)

muzhiya

Nov. 3rd, 2014

фэнтези, единорог, Париж

Про каменный цветок

 ну то есть творческие муки  :))
(по следам обсуждения с ye-wilde-fox и собственных творческих трудностей):

*Тут вот Данилушке думка и запала. Не нами сказано — чужое охаять мудрости немного надо, а свое придумать — не одну ночку с боку на бок повертишься.*

Вот точно: почему-то разным вдохновляющим и беспокоящим идеям нужно именно по ночам прийти и не отставать...

*— То и горе, что похаять нечем. Гладко да ровно, узор чистый, резьба по чертежу, а красота где? Вон цветок… самый что ни есть плохонький, а глядишь на него — сердце радуется. Ну, а эта чаша кого обрадует? На что она? Кто поглядит, всяк, как вон Катенька, подивится, какой-де у мастера глаз да рука, как у него терпенья хватило нигде камень не обломить.*

Универсальный, по-моему, критерий для определения ценности произведения искусства...


*— Ну, что, Данило-мастер, не вышла твоя дурман-чаша?
— Не вышла, — отвечает.
— А ты не вешай голову-то! Другое попытай. Камень тебе будет, по твоим мыслям.
— Нет, — отвечает, — не могу больше. Измаялся весь, не выходит. Покажи каменный цветок.
— Показать-то, — говорит, — просто, да потом жалеть будешь.
— Не отпустишь из горы?
— Зачем не отпущу! Дорога открыта, да только ко мне же ворочаются.*

*Одно Данилушке далось. На рожке он играть на-учился — куда старику! Чисто на музыке какой. Вечером, как коров пригонят, девки-бабы просят:

— Сыграй, Данилушко, песенку.
Он и начнет наигрывать. И песни все незнакомые. Не то лес шумит, не то ручей журчит, пташки на всякие голоса перекликаются, а хорошо выходит. Шибко за те песенки стали женщины привечать Данилушку. Кто пониточек починит, кто холста на онучи отрежет, рубашонку новую сошьет. Про кусок и разговору нет, — каждая норовит дать побольше да послаще. Старику пастуху тоже Данилушковы песни по душе пришлись. Только и тут маленько неладно выходило. Начнет Данилушко наигрывать и все забудет, ровно и коров нет. На этой игре и пристигла его беда.*

Бывает и материальная выгода от творчества, но недолго...))

Sep. 23rd, 2014

цветы

Моя Севилья.

 Я вернулась из Севильи, но, как водится у раненных ей, смириться с этим никак не могу  :)
Всё-таки неделя - это слишком мало!



Севилья разная и разноцветная...
Узкие улочки, по которым не всегда может проехать автомобиль:


Ещё красивые фоты...Collapse )



Мадонны в церквях:


Прекрасна и любима во всех проявлениях!

Jul. 24th, 2014

машина, дорога, скорость

Про вещи в дорогу.




Поскольку в последнее время регулярно собираю-разбираю вещи в дорогу (ох, как надоело - приходится помнить про кучу мелочей для себя и для семьи :)), стало интересно, сколько вещей брали с собой в путешествие литературные и не совсем герои.

  Мужчины вроде как обходились минимальным джентльменским набором (у каждого свой):

П.Мериме, "Кармен"
"Я нанял в Кордове проводника с двумя лошадьми и двинулся в поход, не имея иной поклажи, кроме "Записок" Цезаря и нескольких рубашек." - во как, главное, чтоб было, что почитать

  Князь Лев Николаевич Мышкин по приезде в Петербург тоже был не слишком обременён имуществом:
"В руках его болтался тощий узелок из старого, полинялого фуляра, заключавший, кажется, всё его дорожное достояние."

А героическому хоббиту Бильбо Бэггинсу и вовсе требовался только носовой платок!
"- Прошу прощения, – запротестовал Бильбо, – я не успел надеть шляпу, забыл носовой платок и не захватил денег. Вашу записку я получил только в десять сорок пять, чтобы быть точным.
- А вы не будьте таким точным, – посоветовал Двалин, – и не волнуйтесь! Придется вам до конца путешествия обходиться без носовых платков и еще много без чего."

А что же пишут про женщин?
  Ну, волшебницам вообще хорошо (Мэри Поппинс там, Гермиона Грейнджер): у них сумки такие специальные, безразмерные, в которые помещается всё:
"Не прошло и минуты, как Джейн с Майклом  были  в своих  кроватях и в неярком свете уличного фонаря смотрели, как Мэри Поппинс продолжала вынимать из бездонной сумки свои  вещи.
На  свет божий по очереди явилось семь байковых ночных рубашек, четыре  простых,  пара  туфель  на  высоких  каблуках,  коробка домино,  две  банные  шапочки  и альбом открыток. Кончилось все раскладушкой  с  одеялом  и  пуховой  периной."
Хочу такую сумку!

Биче Сениэль (хотя"Бегущая по волнам" - тоже книга волшебная) нужно было чуть больше:
"Ее два чемодана плыли за ней на головах смуглых носильщиков."

И напоследок про дорогую нашу Фаину Раневскую:
" Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.

- Жалко, что мы не захватили пианино, говорит Фаина Георгиевна.

- Не остроумно,- замечает кто-то из сопровождавших.

- Действительно, не остроумно, - вздыхает Раневская - Дело в том, что на пианино я оставила все билеты."

Previous 10